Констанс О`Бэньон - Я стану твоей

– Утром, – ответила она, взглянув на часы. – Постарайся не опоздать на ужин, – напомнила она. – По крайней мере, сегодня вечером ты не будешь одинока…

Выйдя в коридор, Ройэл увидела убегающую Кэтлин Гриффин. Неужели Кэтлин была в ее комнате? Нет, не может быть…

Когда Ройэл подошла к своей комнате, то обнаружила, что дверь в нее была немного приоткрыта. Она задохнулась от возмущения. Что делала у нее Кэтлин Гриффин?.. Может быть, она заходила, чтобы еще раз позвать ее к леди Алисе?

Ройэл нахмурилась. Нет, никогда она не станет пресмыкаться перед леди Алисой!

7

«Милый папочка, как ни странно, но за ужином ничего не случилось. Я все ждала чего-то, но леди Алиса и ее подруги не обращали на меня никакого внимания. Сегодня утром сестры Макгрегор уехали. Ах, как мне грустно без них! Жить без друзей так тяжело, но я решила, что займусь учебой и стану лучшей ученицей…»

Ройэл закрыла дневник и отложила его в сторону. Скоро должен был начаться урок пения. Она подошла к зеркалу и поправила на голове черный бант. Миссис Харгроув, учительница пения, пришла к выводу, что у Ройэл прекрасный голос, и ей нравилось заниматься с девушкой.

Когда Ройэл подошла к музыкальному классу, на пороге ее встретила Кэтлин Гриффин.

– Тебя вызывает миссис Фортескью, – прошипела Кэтлин. – На твоем месте я бы поторопилась.

Ройэл развернулась и пошла по коридору, не обращая внимания на злобный тон девушки.

Кэтлин обогнала ее и раздраженно бросила через плечо:

– От этого приглашения вы не сможете отказаться, мисс Брэдфорд! Завтра здесь духу вашего не будет!

Ройэл быстро вошла в кабинет директрисы, Кэтлин вошла следом. В кабинете ее ждала не только миссис Фортескью, но и миссис Харгроув. Директриса указала на стул, Ройэл села и приготовилась слушать.

Директриса пристально посмотрела на девушку.

– Миссис Харгроув сообщила мне, что из ее комнаты пропало нечто ценное, – сказала она. – Как это ни прискорбно, но Кэтлин Гриффин указала на вас. Если вы взяли брошь, то вам лучше сразу в этом признаться…

Ройэл быстро обернулась и увидела, что на губах Кэтлин появилась ехидная улыбка. Кэтлин подняла руку и указала пальцем на Ройэл.

– Это она, миссис Фортескью! Я видела, как она выскользнула из комнаты миссис Харгроув, и теперь понимаю, что она там делала.

– Я вообще не была в комнате миссис Харгроув! – воскликнула Ройэл, с мольбой глядя на учительницу пения. – Я никогда не была воровкой. Неужели я могу огорчить вас, миссис Харгроув?

Миссис Фортескью не сводила с Ройэл глаз.

– Предположим, все так, как вы говорите, – сказала она. – Вы не будете возражать, если миссис Харгроув осмотрит вашу комнату?

– Мне нечего прятать, – смущенно, но гордо заявила девушка и гневно посмотрела на Кэтлин. – Если ничего не найдут, вам придется передо мной извиниться!

Кэтлин лишь улыбнулась. Миссис Харгроув вышла из комнаты, а директриса углубилась в какие-то бумаги, разложенные на письменном столе.

Стенные часы томительно отстукивали минуты. Ройэл начала подозревать, что попалась в ловушку. Уж слишком нагло Кэтлин бросила ей в лицо обвинение. Сердце у Ройэл болезненно сжалось. Ей хотелось убежать отсюда на край света и никогда не возвращаться.

Несколько минут ожидания показались долгими часами. Наконец миссис Харгроув вернулась в комнату.

– Я нашла брошь, – с горечью сообщила она, взглянув на Ройэл. – Она лежала под матрасом.

Ройэл вскочила со стула и беспомощно замотала головой. Она пыталась говорить, но в горле у нее стоял ком. Как могло случиться подобное?

– Можете быть свободны, Кэтлин, – промолвила директриса. – Отправляйтесь в свою комнату и помалкивайте о том, что произошло.

Проходя мимо Ройэл, Кэтлин злорадно прошипела:

– С дороги, воровка!

– Советую вам придержать язык! – прикрикнула на нее миссис Фортескью. – Доносчиц я жалую не больше, чем воровок!

Оглушенная происшедшим, Ройэл не понимала ни слова. Никогда еще ей не приходилось сталкиваться с такими подлыми людьми, как Кэтлин. Почему эта девушка так хочет досадить ей?

Голос миссис Фортескью вернул Ройэл к реальности. Девушка с удивлением увидела, что миссис Харгроув тоже ушла, и она осталась с директрисой наедине.

– Сядьте, Ройэл. Я хочу разобраться в этом деле.

Девушка покорно села.

– Я не брала брошку, миссис Фортескью. Но вы, наверное, мне не поверите…

Лицо директрисы оставалось непроницаемым.

– Брошь найдена в вашей комнате, – сказала она. – Кто принес ее туда, если не вы?

Ройэл пожала плечами и едва слышно прошептала:

– Не знаю, миссис Фортескью.

– Я понимаю, что вам здесь несладко, Ройэл, и что вас поместили сюда против вашей воли. Может быть, вы сделали это в надежде, что вас отправят домой?

– Если даже я несчастлива здесь, – с ужасом произнесла девушка, – я никогда бы не решилась на воровство! Тем более, мне бы и в голову не пришло огорчать миссис Харгроув. Я люблю, я восхищаюсь ею!

На ее лице отразилось негодование, а глаза застилали слезы.

– Я не воровка! – повторила она.

– Что же мне с вами делать? – вздохнула миссис Фортескью. – С позором отослать домой?

Вдруг Ройэл представила себе, что подумает о ней Деймон Рутланд, если это случится.

– Нет, прошу вас, не делайте этого! – воскликнула она. – Я очень хочу домой, но только не такой ценой. – По ее щекам потекли слезы. – Я не виновата, поверьте!

Миссис Фортескью поправила чепец и задумчиво взглянула на воспитанницу.

– На этот раз я ничего не буду предпринимать. Извольте удалиться к себе в комнату и не выходите из нее. Еду вам принесут. Общаться с другими воспитанницами запрещено, вы меня поняли?

– Да, миссис Фортескью, – кивнула Ройэл, не отводя взгляда. – Вы сообщите о происшедшем моему… опекуну?

Директриса медленно покачала головой.

– Только когда выясню все подробности. Все это кажется мне очень странным… – Она встала и сухо улыбнулась. – А теперь идите к себе и ни с кем не разговаривайте.

Об этом миссис Фортескью могла и не предупреждать. Единственным желанием девушки было запереться у себя в комнате и никого не видеть. Словно раненый зверек, Ройэл хотела спрятаться, чтобы зализать свои раны.

В коридоре она слышала вокруг себя смех, но шла не оглядываясь. В эту минуту она была совершенно одинока. Никто не верил в ее невиновность.

Весь день Ройэл сидела в своей комнате. Ганна принесла ужин, но она едва к нему притронулась. В эту ночь девушка спала без сновидений.

Ройэл лежала на кровати. Ее слезы успели высохнуть, а гнев притупился. Она закрыла глаза и старалась забыться, чтобы не слышать шума за окном. Девушки во дворе играли в крокет и весело смеялись. Два дня Ройэл общалась лишь со служанкой.